«Ты виноват лишь в том, что хочется мне кушать…»

СТРОКА из известной басни Крылова, вынесенная в заголовок, как нельзя лучше иллюстрирует историю, которую я намереваюсь вам рассказать. Только если душераздирающий басенный финал повествует, что серый разбойник, наплевав на все аргументы несчастной жертвы, «в темный лес ягненка поволок», наши «разбойники» обратились в суд и…
Фантастика с натуры
На днях я видела такое, такое… что, как говорится, ни в сказке сказать, ни пером описать. Представьте на фоне жуткого развала и прозябания села и сельскохозяйственного производства, ставшего нормой в нашей стране, аккуратненькие, стебелек к стебельку, ярко зеленеющие ровными рядами взошедшей озими выпестованные поля. Поля, которые не знают лебеды и амброзии, потому что засеваются тщательно культивируемым семенным фондом, в который ни одно чужое зернышко, ни одна спора сорняка просто попасть не могут. Поля площадью около двух с половиной тысяч гектаров, обрабатываемые по последним мировым технологиям и давшие даже в нынешнее неблагоприятное лето шесть тысяч тонн зерновых — «наш обычный вал», как сказал мне главный агроном хозяйства, которому они принадлежат, Игорь Колосов.
А главный зоотехник этого же хозяйства Виктор Димчогло показал потрясающий животноводческий комплекс, где в прекрасно обустроенных коровниках двести тридцать пять коров и шестьсот пятьдесят телят круглый год жуют специально приготовленные по научной методике консервированные корма, вкусно пахнущие мочеными яблоками, от которых, оказывается, молочные надои остаются стабильными в любой сезон.
Из свинарника хозяйства я не могла заставить себя уйти. Подобное довелось видеть только на ВДНХ СССР, куда свозили со всей необъятной страны самую удивительную скотину с детенышами и содержали в показушно чистых и красиво обустроенных загонах. Здесь никакой показухи не было. Свиноферма жила своим обычным днем: розовые откормленные хрюши тянули свои любопытные пятаки сквозь ограду, поросята присасывались к мамкам, новорожденные крохи грелись под инфракрасными лампами, и хозяйка этого поросячьего «детского сада» зашикала, замахала на меня руками: «А ну выходите, натащите детям вирусов с микробами!».
Но самым удивительным оказалось то, что в свинарниках, в которых обитают ныне тысяча двести свиней, абсолютно ничем не пахло. И работников на смене было немного, и суеты никакой не наблюдалось, а чистота и порядок были такими, какие не в любой городской квартире увидишь в наше время.
Видела я и необыкновенные силосные ямы, содержащиеся под специальной термостойкой пленкой с насыпанным сверху земляным слоем также по новейшим технологиям, и потрясающее сенохранилище, до самой крыши заполненное огромными круглыми валками, перевязанными капроновым канатом. Кормов, как сказали мне, с лихвой хватит на два года — таков обычный кормовой запас в этом хозяйстве.
А потом была экскурсия по головной усадьбе, с ее асфальтированными гладкими улицами, новой линией электропередач, со стильными, как в городе, светильниками и крепкими, как один, домами селян. Показали мне прекрасную школу, в которой и компьютерный класс, и мультимедийная доска — все на высшем уровне. Видела я и замечательный детский садик, и медицинскую амбулаторию, и аптеку, и несколько магазинов, и сельский бювет в стиле модерн начала века… Все казалось фантастикой!
Но знаете, что, честно говоря, поразило больше всего? Лесопосадки вокруг села и полей так же ухожены. Ни одно деревце в них не вырублено, все насаждения целы. После плешивых, разграбленных посадок, виденных мной во множестве в Одесской области, это тоже казалось чудом.
— А что вас удивляет? — спросил агроном Игорь Колосов. — У нас газификация уже семнадцать лет. Зачем рубить посадки на дрова, если народ отапливается газом?
В память о деде Трофиме
Ну, хватит, пожалуй, интриговать. Все, описанное выше, я увидела в коллективном сельскохозяйственном предприятии имени Трофимова, находящемся в Овидиополь-ском районе Одесской области аккурат между Одессой и Ильичевском. Кто знает, это села Молодежное, Александровка и Малодолинское. История его примечательная, интересная, во многом объясняющая сохраняемые здесь традиции бережного отношения к земле и общему добру, тягу к новейшим достижениям сельхознауки и умение работать не за страх, а за совесть.
Андрей Васильевич Трофимов, именем которого еще в 1927 году был назван местный совхоз, — это легендарный дед Трофим, революционер и большевик, устраивавший революцию в Одессе и бывший на заре советской власти председателем губернского крестьянского союза и членом Одесского исполкома. Родом он из этих мест, и благодарные земляки, в свое время подвигнувшие уже немолодого Трофимова на революционные подвиги, увековечили его память в названии созданного по его же инициативе хозяйства. Вызывает уважение, что их нынешние потомки оставили это историческое, проверенное временем название, сохранили память о хорошем человеке, несмотря на перестройки и пертурбации, которые крушили все вокруг. В этом я тоже усматриваю определенную верность традициям и умение живущих здесь людей оставаться верными своему сердцу.
Как рассказал председательствующий уже восьмой год в КСП имени Трофимова Сергей Галинский, в конце пятидесятых годов на базе трех местных сельских хозяйств с коллективной и государственной формами собственности было создано учебно-опытное хозяйство, работающее как подразделение Одесского сельскохозяйственного института. Во времена Никиты Хрущева сельхозинституты намеревались перевести поближе к земле — вот и отстраивали, развивали подобные передовые сельхозпредприятия.
В семидесятые «застойные» годы учебное хозяйство имени Трофимова щедро финансировалось, как и все подобные ему сельхозпредприятия СССР, специально созданным в Москве «Союзучхозтрестом». Опытно-экспериментальная часть производства процветала. Все новинки сельхозтехники и технологические ноу-хау прежде всего опробовались здесь.
После перестройки началось изменение управленческой структуры сельского производства, и учебно-опытные хозяйства были переданы в ведение отраслевых министерств союзных республик. Крепко стоявшее на ногах учебно-опытное хозяйство имени Трофимова стало подчиняться Министерству аграрной политики Украины и превратилось в обычное сельхозпредприятие, ничем не отличающееся от остальных колхозов и совхозов Одесской области.
И всё вокруг колхозное,
и всё вокруг моё
— В девяностые годы, — рассказывает Сергей Галинский, — начали огульно приватизироваться и в результате один за другим разваливаться колхозы и совхозы. Остались на плаву примерно двадцать процентов хозяйств страны — те, где приватизация была проведена разумно. Хозяйство имени Трофимова по всем трудовым ресурсам оставалось одним из первых в области с тысячей рабочих мест. На сегодняшний день его членами вместе с пенсионерами являются шестьсот человек, из которых работают триста. Мы сохранили всю технику, которая, к сожалению, уже морально устарела. Последние новые пополнения машино-тракторного парка были сделаны в конце восьмидесятых. В последующие годы техника закупалась единично. Есть у нас, например, только один современный комбайн «Джон Дир» американского производства. Отличная машина, но для обработки наших площадей его мало. Остальные комбайны этой марки приходится брать в аренду.
— Меня поразил ваш животноводческий комплекс...
— Представьте, сегодня мы являемся одним из трех хозяйств района, в которых сохранено животноводство.
— Наверное, во многом этому поспособствовало рачительное отношение к общему добру? У вас везде просто идеальный порядок и, уверена, прибыли немалые.
— Ежегодный фонд заработной платы составляет в хозяйстве триста пятьдесят тысяч гривень. Мы честно и своевременно платим налоги. В бюджет переводим около ста тридцати тысяч гривень в месяц и полтора миллиона гривень в год. Не побоюсь показаться нескромным, сказав, что хозяйство наше в отличном состоянии и могло бы при соответствующей технической модернизации быть еще более успешным.
— Вы не боитесь делать публично такие заявления? Слишком лакомые земли с прекрасно развитой сельскохозяйственной инфраструктурой оказались в опасной близости к двум городам, где есть охочие до чужой собственности дельцы.
— Уже не боюсь, потому что мы, к сожалению, стали жертвами своего прекрасного месторасположения и прочих привлекательных моментов. Находись хозяйство имени Трофимова где-нибудь в Любашевском или Фрунзовском районах, никаких неприятностей не случилось бы.
...А началось все с того, что в 2000 году селяне решили все-таки приватизировать свое хозяйство. Задержались, по словам председателя, на целых десять лет, поскольку активная приватизация на селе началась в начале девяностых.
В 2005 году утвержденное общим собранием намерение сельских тружеников приватизировать хозяйство получило «добро» властей Овидиопольского района, и в течение трех последующих лет вопрос завис в процессе обсуждения на районном уровне. Лишь в 2008 году хозяйство имени Трофимова, в соответствии с постановлением Кабинета министров Украины, было, наконец, официально включено в перечень сельхозпредприятий, подлежащих приватизации.
— Функции управления нашим предприятием, — продолжает рассказ Сергей Николаевич Галинский, — законодательно были переданы Фонду государственного имущества Украины. Министерство юридически утратило над нами власть и в управленческие вопросы больше не вмешивалось.
В руках председателя приказ Фонда госимущества Украины №95 от 2 апреля 2008 года «О принятии решения о приватизации имущества объекта агропромышленного комплекса — государственного предприятия «Сельхозпредприятие имени
А.В.Трофимова», первым пунктом которого значится: «Осуществить подготовку к приватизации имущества хозяйства путем преобразования его в коллективное сель-скохозяйственное предприятие». Этим же приказом Фонд госимущества принял на себя функции контроля над создаваемым КСП имени Трофимова. Имущественный комплекс КСП был оценен при приватизации в восемь миллионов гривень.
Как ни странно, на этом закончилось взаимопонимание с районными властями. Утвержденное на общем собрании коллектива и чуть позже Фондом государственного имущества Украины решение селян преобразовать свое отлаженное хозяйство в коллективное сельскохозяйственное предприятие вызвало недовольство руководства Овидиопольского района. Яростнее всех сопротивлялся первый заместитель председателя Овидиопольской райадминистрации Алексей Яковенко. «Возможно только акционирование», — упорно твердил он, игнорируя базовый Закон Украины «О приватизации предприятий в агропромышленном комплексе», который пред-усматривал реорганизацию госпредприятий двумя равнозначными для юрисдикции путями — либо в акционерное общество, либо в КСП.
Нет худшего врага,
чем бывший друг
— А чем плохо акционерное общество, — спрашиваю я у председателя, — ведь это тоже коллективная форма управления хозяйством?
— Э, нет, — говорит Галинский, — в КСП имущество передается членам трудового коллектива и может быть выделено в натуре, а в акционерном обществе имущественный комплекс остается неприкосновенным, людям же выдаются акции. Никто из акционеров не может получить свою долю имущества — только акции, которыми каждый волен распоряжаться по своему усмотрению.
— Но что же в этом плохого? Вы же сами говорите, что имущественный комплекс при акционировании остается неприкосновенным?
— Плохо то, и это повсеместно подтверждает чудовищный опыт акционирования промышленных и сельскохозяйственных предприятий в Украине, что в любом АО человек ущемлен. Акция — это бумажка. Назовите мне хоть одно хозяйство в стране, где акции были бы куплены по номиналу, а не за двадцать-тридцать процентов их реальной стоимости. Акционированное предприятие ничего не стоит искусственно поставить в такое положение, что оно начнет нищать, а акционеры, стремясь хоть как-то заработать, станут задешево распродавать акции. Почему район так долго тянул с приватизацией нашего хозяйства? Думали, легче продать нас по бросовой цене. Не получилось. Начались разногласия из-за передела земли между районом и хозяйством, и я стал неугоден как руководитель непокорного предприятия.
Работал я по контракту с министерством, и в 2008 году срок контракта начал истекать. Начались бесконечные проверки, в ходе которых хозяйство имени Трофимова стали обвинять в неуплате налогов и всячески препятствовать его приватизации. Вызвали на министерскую коллегию, которой я предоставил документы, убедительно свидетельствующие, что мы, как это ни было печально для наших оппонентов, лучшие в системе по уплате налогов. Однако когда истек контракт, пришло «письмо счастья»: продлевать его со мной министерство не собирается. Был даже подобран удобный кандидат на мое место.
И тут в ситуацию вмешалась одна коммерческая структура, которая как будущий инвестор нашего предприятия начала лоббировать в Киеве его интересы. Я был восстановлен на работе, вопрос о приватизации хозяйства резко продвинулся в своем решении, будущие наши инвесторы не скупились на многообещающие посулы. Ценой вопроса оказалось требование этой коммерческой структуры заложить в ее банк все имущество хозяйства за три миллиона гривень при его номинальной стоимости в восемь миллионов. Естественно, пойти на такой обман и отдать хозяйство на милость дельцов, пусть и оказавших услугу в трудную минуту, не мог никто. Бывшие друзья превратились во врагов, и мы получили ряд судебных процессов, которые не закончились до сих пор.
Суд да дело
— В чем же суть этих процессов?
— Суть — отменить законно оформленную приватизацию и вернуть КСП имени Трофимова к первоначальной стадии, когда все-таки можно навязать хозяйству форму акционерного общества. Думаю, не стоит объяснять, во что это выльется для КСП при разыгравшихся аппетитах наших бывших друзей.
Все суды мы отбили, поскольку ничего противозаконного не совершали. Выиграли хозяйственный суд в первой инстанции, где рассматривалось исковое заявление о якобы незаконной реорганизации нашего предприятия в КСП, а Одесский апелляционный хозяйственный суд в своем постановлении от 26 октября сего года отменил это решение.
— Сергей Николаевич, а кто выступал истцом в этих судебных разбирательствах, дельцы, которые хотели наложить лапу на ваше хозяйство?
— Нет, Министерство аграрной политики Украины.
— Ничего не понимаю. Вот у меня в руках уже процитированный действующий приказ Фонда госимущества Украины №95 от 2 апреля 2008 года, в соответствии с которым никакое министерство не может вмешиваться в дела КСП имени Трофимова, переданного под юрисдикцию фонда.
— Вот и я об этом. Мы обращались с жалобами по этому поводу к Президенту Украины Януковичу и в Генеральную прокуратуру, ответа не получили. А министерство в своем исковом заявлении настаивает на незаконности приватизации нашего хозяйства и создания КСП.
Постановление Одесского апелляционного хозяйственного суда от 26 октября с.г. представляет собой семь страниц убористого текста, в казуистических формулировках которого лично мне мудрено разобраться. Жирным шрифтом выделена фраза: «В процессе приватизации государственного предприятия «Сельскохозяйственное предприятие имени А.В.Трофимова» государственное предприятие было ликвидировано одновременно с государственной регистрацией КСП, а именно: 27 марта 2009 года. Хотя, в соответствии с действующим законодательством, государственное предприятие должно было бы существовать до даты составления акта приема-передачи по факту полного расчета с государством со стороны КСП». Вот в чем корень зла, оказывается. Видимо, в поте лица трудились юристы министерства и адвокаты тех, кто подогревает эту странную, на первый взгляд, тяжбу, пока докопались до этого «нарушения». Теперь оказалось, что и документы оформлены не так, как хотелось бы Министерству аграрной политики Украины, и процедура приватизации проведена неправильно… Одним словом, трепещите, господа аграрии, идем «на вы!».
Как рассказал на состоявшемся в КСП имени Трофимова собрании уполномоченных представителей юрист хозяйства Дмитрий Анатольевич Тишко, с этими абсурдными доводами абсолютно не согласны представители Фонда госимущества Украины, выступающие в судебных заседаниях одной из сторон ответчиков. Государственный регистратор Овидиопольской районной государственной администрации Валентина Мурашко оформила в районе около шестисот абсолютно подобных приватизаций, ни одна из которых не вызвала нареканий со стороны Министерства аграрной политики. А тут на тебе — нарушение на нарушении, оказывается.
И не стоит особо докапываться, почему столь яро проявляется в случае с КСП имени Трофимова забота министерских чиновников о бывшей государственной собственности. Слишком лакомый кусок уплывает из жадных загребущих рук сильных мира сего, и слишком много хотят аграрии, которых в Украине все привыкли видеть безгласной серой массой, а не хозяевами на процветающей их трудами земле.
Одесский апелляционный хозяйственный суд постановил: «Иск Министерства аграрной политики Украины в части признания незаконным преобразования ГП «СП им. А.В.Трофимова» в КСП им. А.В.Трофимова — удовлетворить. В остальной части решения Хозяйственного суда Одесской области оставить без изменения». То есть суд сохранил законность записи о создании КСП, а само это создание объявил незаконным. Абсурд!
Впереди — кассационные жалобы и новые суды. Вот только очень тревожно за замечательное, без всякого преувеличения лучшее в области сельскохозяйственное предприятие, ставшее заложником собственного благополучия. Очень опасно быть благополучным в стране, неблагополучие которой санкционировано коррупцией и правом любого «денежного мешка» быть святее всего свода законов Украины.
Елена МАРЦЕНЮК.

 

Редакция не несет ответственности за комментарии пользователей сайта
Вставлять в комментарий гиперссылки запрещено
Пока нет комментариев, Вы можете быть первым.
Loading...