→ Архив номеров

Первого августа в Украине стартовала «Прямая линия Сергея Тигипко». На сегодняшний день свои вопросы задали более семи тысяч человек. Наша газета публикует ответы на самые актуальные из них.
Илья Юрьевич, Донецкая область:
— Сергей Леонидович, вы когда по-следний раз ходили в поликлинику?
— Признаться, давно. Повода не было. Занимаюсь много спортом — это лучшая медицина. Но я хочу предупредить ваш вопрос. Вы ведь хотите спросить, что происходит в нашем здравоохранении?
— Да, именно так.
— Тогда отвечу: мы занимаемся сегодня оказанием медицинских услуг, а не охраной здоровья. Итог печален: снижается главный показатель здоровья нации — средняя продолжительность жизни. Для мужчин в Украине она составляет шестьдесят два года, для женщин — семьдесят три, что на десять-пятнадцать лет меньше, чем в большинстве развитых стран. Каждый второй украинец, умерший в трудоспособном возрасте, был бы жив, если бы вовремя получил медицинскую помощь.
У нас происходит чудовищное распыление бюджетных средств. Вот факт: в Украине количество больничных коек на сто тысяч человек почти вдвое больше, чем в большинстве стран Европы.
— Но это же хорошо!
— Не очень. Потому что на главное — на первичную медицинскую помощь — приходится только тридцать процентов финансирования. А все должно быть наоборот. Мы практически потеряли институт участкового врача — из необходимых тридцати тысяч работают только семь тысяч. Как итог — низкий уровень ранней диагностики и огромное количество запущенных заболеваний.
— И как можно изменить эту ситуацию?
— Ничего выдающегося выдумывать не надо. Необходимо провести реформу здравоохранения, ввести понятные стандарты лечения, заинтересовать местные власти в развитии медицинских учреждений. Самое главное — резко повысить удельный вес первичной медицинской помощи, организовать эффективные институты по предупреждению и профилактике заболеваний.
— Без денег этого не сделать. Под реформу средства нужны.
— Безусловно. Но для того и существует власть, чтобы проводить такую экономиче-скую политику, которая бы позволяла не экономить на главном — здоровье людей. С больным населением здоровую экономику не построишь. В наших силах — поменять власть, забывшую о своем долге перед
нацией.
Валентина Родионовна, учительница из Киева:
— У вас есть свое мнение, каким должен быть статус русского языка? Вы сам на каком предпочитаете говорить дома?
— И на русском, и на украинском. И моя жена также разговаривает на двух языках, и дети тоже. Двуязычие, несомненно, делает нас богаче. Помните мудрые слова: «Сколько языков ты знаешь, столько раз ты человек». Так исторически сложилось, что мы живем в двуязычной среде. Мы можем читать в оригинале классиков как украинской, так и русской литературы. Этим надо дорожить.
В языковом плане мы имеем даже преимущество перед россиянами. И если — в угоду политиканам — откажемся от изучения русского языка, наши дети не смогут прочесть без перевода произведения, которые являются наследием двух культур, того же Гоголя и русскоязычную прозу Шевченко. Сегодня нужно не критиковать людей, живущих в русскоязычных регионах, за то, что они не знают украинского, а сделать все, чтобы их дети свободно владели как минимум двумя языками — украинским и русским.
— А все-таки по статусу…
— Тем не менее я убежден, что еще не время делать русский язык вторым государственным. К вопросу о реальном двуязычии можно будет вернуться через несколько десятков лет — когда мы научим молодых людей в русскоязычных регионах украинскому языку. А пока, чтобы снять конфликтную ситуацию, я предлагаю решать вопрос использования русского языка на региональном уровне. Люди, испытывающие трудности в общении на украинском языке, должны иметь возможность учиться, обращаться в суды и органы власти на двух языках. Это не только демократично, в этом проявление силы и гуманизма.
Виктор, Сумская область:
— Народ у нас расколот по идеологическим принципам. Сергей Леонидович, как вы считаете, вообще возможно объединить Украину, и если да, то на основе какой идеологии?
— На самом деле, разговоры о расколе украинской нации во многом глупы и нелепы. Мы и сейчас едины. Просто мы разные. Когда «Шахтер» играл в финале Кубка УЕФА, жители Львова так же отчаянно болели за горняков, как и, например, луганчане или симферопольцы. В этом не только проблема, но опять же — наша сила.
А что касается идеологии, то ее необходимо строить на образе украинцев как свободолюбивого народа. Но и идеология ломаного гроша стоить не будет, если не реализовать проект экономического подъема. Победить бедность — вот один из основных идеологических принципов, на которых мы должны стоять. И тогда не будет ни территориальной зависти, ни региональной ревности, ни обид, ни раздражений.
Сильная власть и экономическое развитие — это две главные опоры, на которых основывается и моя личная идеология. Я уверен, что такие идеи готов воспринять любой украинец, независимо от происхождения, территории проживания, религиозных убеждений или политических взглядов.
С остальными ответами на вопросы можно ознакомиться на Интернет-сайте www.sprosi.tigipko.com и на страницах газеты «Комсомоль-ская правда в Украине».