→ Архив номеров

В недавнем интервью, опубликованном в «Украинской правде», Петр Алексеевич Порошенко предположил, что Греция могла бы решить свои финансовые проблемы, выйдя из зоны евро, девальвировав государственную валюту и объявив дефолт по государственным обязательствам.
Украина — не Греция
Финансово-экономические проблемы, которые в этом году испытывает Украина, сродни греческим, но гораздо острее. Финансовая поддержка, какую готова оказать нашей стране Россия (пока в форме дорогих кредитов коммерческого банка ВТБ), не сравнима с той, какую Греции готов оказать Евросоюз. У нас нет очевидных путей сокращения бюджетного дефицита до приемлемой величины. У нас в ближайшее время нет перспектив значительного сокращения расходов государства и нет надежды (в связи с новой волной мирового финансово-экономического кризиса) на вывод экспортных отраслей промышленности на докризисный уровень.
Даже «льготная» цена на российский природный газ в нынешних условиях не позволяет украинской металлургии восстановить свои позиции на европейском и российском рынках, а украинской «большой химии» выбраться из пропасти, в какую ее ввергли цены на энергоносители. Объем поступающих в Украину ино-странных инвестиций с начала 2010 года стал стремительно падать. Госдолг и корпоративные долги продолжают расти, а переговоры с Международным валютным фондом о предоставлении кредита в девятнадцать миллиардов долларов упираются в меры, связанные с ухудшением социального положения и понижением жизненного уровня населения, в меры, на которые украинское правительство по своей воле пойти пока не готово.
За счет использования валютных резервов Национального банка (в результате удачной политики НБУ его резервы достигли двадцати девяти миллиардов в долларовом эквиваленте) и за счет замаскированной инфляции с обязательным выкупом облигаций внутреннего государственного займа (ОВГЗ) какое-то время можно поддерживать стабильность национальной валюты и вовремя обслуживать госдолг. Но этим проблемы не снимаются, а только откладываются. Предприятия, которым НДС собираются возмещать облигациями, потеряют оборотные средства, а товарная инфляция помимо воли правительства приведет к реальному снижению уровня жизни в Украине.
Можно, конечно, не замечать тучи и делать вид, что барометр при любой погоде показывает «ясно», можно, не замечая симптомов инсульта в экономике и финансах, сосредоточиться на лечении насморка. Пытаясь (в своем понимании) усовершенствовать Бюджетный кодекс и принять в недоработанном виде Кодекс налоговый, правительство Азарова принялось решать частную задачу наполнения доходной части бюджета и рационального использования полученных денег.
С точки зрения создателя и бывшего руководителя Налоговой администрации, эта задача центральная. И это действительно так. В краткосрочной перспективе. Имеет смысл спорить о том, даст ли эффект постепенное и временное (в течение трех лет) снижение ставки НДС, или такая же политика в отношении налога на прибыль. Почему в очередной раз в доходную часть бюджета не будет поступать налог на недвижимость — тоже большой вопрос. Вопросы вызывает и политика в отношении плательщиков единого налога.
Но даже если Николай Янович провидец и все новеллы, предложенные правительством, сработают на благо державы, в долгосрочной перспективе это заткнет несколько дыр в бюджете, но не даст импульс для развития реальной экономики. То есть громкие слова о налоговых каникулах, ослаблении налогового пресса и расширении базы налогообложения найдут узкофискальное применение и, скорее всего, никак не повлияют на рост производства и валового внутреннего продукта.
Государственный и корпоративные долги и дальше будут расти, внешние инвестиции — и далее сокращаться, а все это сыграет роль даже не тормоза, а шлагбаума, не пускающего отягощенную долгами украинскую экономику в современность.
Для того чтобы убрать препятствия для роста бизнеса в Украине, дать старт настоящему, а не декларативному прорыву в области экономики сегодня, видимо, уже недостаточно консервативных мер лечения. Нужно подумать об операции. Такой операцией, хотя и рискованной, вполне мог бы стать дефолт по государственным обязательствам и девальвация украинской национальной валюты.
Украина — не Россия
Если, по мнению Порошенко, дефолт может решить греческие финансовые проблемы, почему таким же способом не разрубить украинский узел? Пример в нынешней ситуации — способ, которым российское правительство Кириенко разрубило узел самого интенсивного в новейшей истории страны экономического кризиса 1998 года.
Причины и внешние признаки того давнего кризиса напоминают то, что происходит в экономике нашей страны сегодня. Резкий рост государственного долга, вызванный низкими ценами на экспортные товары (сырья, в основном энергоносителей), а также популистская политика государства привели к тому, что дыры в бюджете россияне затыкали с помощью строительства финансовой пирамиды из государственных краткосрочных облигаций (ГКО).
Попытки поддерживать высокий курс рубля по отношению к доллару в условиях товарной инфляции и огромного бюджетного дефицита, спекуляции с ГКО в условиях свободного движения капиталов, в конце концов, привели к невозможности государства обслуживать свои долги. В первую очередь — долги внутренние.
17 августа 1998 года Россия объявила дефолт именно по внутренним обязательствам, что привело к мгновенному обесцениванию национальной валюты (в три с половиной раза), разорению массы банков и предпринимателей, оказавшихся в ситуации, когда невозможно вернуть кредиты. Население, сохранявшее средства в рублях, за один день стало в три с половиной раза беднее. Однако основные потери понесли все-таки не рядовые россияне, а иностранные инвесторы, соблазненные высокой доходностью ГКО (перед кризисом — сто сорок процентов годовых). В результате дефолта они смогли вернуть только около одного процента вложенных денег.
Российские же экспортеры, несущие затраты в рублях, быстро восстановили свою конкурентоспособность, что позволило наполнить госбюджет, пережить кризис и дождаться повышения мировых цен на российское сырье.
Сегодня в Украине финансовая пирамида для поддержки популистских обязательств государства построена похоже, но не одинаково. Украинские ОВГЗ, которые на протяжении последних лет выпустило правительство для покрытия дефицита бюджета, дефицита НАК «Нефтегаз Украины» и других нужд, в принудительном порядке выкупает НБУ. А те облигации, что реализуются на аукционах, по доходности на порядок ниже доходности российских ГКО перед кризисом и только небольшая их часть сосредоточена в руках нерезидентов. Так что дефолт по внутренним обязательствам не снимет долговой груз Украины так, как произошло в России.
Дефолт же по внешним государственным долгам Украины способен подорвать доверие не только к государству, но и к украинским экспортерам. О быстром восстановлении их конкурентоспособности на зарубежных рынках в этом случае и речи быть не может. Другими словами, хирургическое избавление от внешних долгов способно привести к летальному исходу.
Казалось бы, куда ни кинь — всюду клин. Петля медленно, но верно затягивается на архаичной и неповоротливой экономике Украины. Остается надеяться на милость МВФ, миллиардные вливания которого хотя бы на время ослабят петлю и дадут время поискать настоящий выход.
Впрочем, во время кризиса 1998 года российское руководство, по слухам, рассматривало путь, не связанный с внешним или внутренним дефолтом. Простейшим выходом из трудной ситуации в то время было включение печатного станка на полную мощность, денежная эмиссия и возвращение к гиперинфляции начала девяностых годов. У Ельцина хватило ума такой путь отвергнуть.
Пока денежную эмиссию как выход из экономиче-ского кризиса решительно отвергает и украинский премьер Азаров. Но как долго он может удерживать эту позицию?
Леонид ЗАСЛАВСКИЙ.